В холодный ноябрьский денек особенно приятно вспомнить летнюю жару.
Итак, июль, жара, Московский Метрополитен. Запах пота настолько густой,
что оседает солью на стеклах. Пассажиры спрессованы так, что "ни родить
ни залететь". Я в сарафанчике длиной "покуда мама разрешает". Стою
спиной к сиденьям. Вдруг чувствую, что кто-то гладит меня по бедрам,
точнее, по тому месту, которым они к корпусу привинчены. Причем
прикосновение не рукой, а чем-то типа кисточки или пуховки для пудры.
За спиной строгий старческий возглас: "Вася!"... "Ребенок, что ли,
балуется?" - думаю. Снова прикосновение. "Вася!!!" А повернуться ну
никакой возможности нет! Наконец, на "Библиотеке" выходят сразу
пол-вагона. Оборачиваюсь. Сидит дедуля, лет 80 минимум, на коленях у
него портфель а-ля товарищ Дынин, а в портфеле здоровенный мохнатый
котище. Зверь от духоты и шума, ес-сно, нервничает и машет хвостом,
периодически попадая мне под юбку. Теперь уже спереди. "Васенька!" -
укоризненно восклицает дедуля. "Я с тобой полностью согласен! Но я же
держу себя в руках!"
